Пашинян противоречит себе и отступает

Тигран Хачатрян

Интервью премьер-министра Пашиняна Радио Свободe оставляет противоречивые впечатления. Протокол Венецианской комиссии, которая дала нежелательные юридические оценки властям Армении, стал причиной этого интервью. И не случайно львиная доля интервью была посвящена этой проблеме. Пашинян, по сути, показал, куда  он стремится после выводов Венецианской комиссии.

. Если бы он до этого утверждал, что собирается судить судей, он больше ничего не сказал бы в интервью. Он подчеркнул, что если обсуждение показывает, что исключение нецелесообразно, будет применен другой метод.

,,Мне не стыдно сказать, что мы обсуждали, мы видели, проверять не удобно, давайте не будем проверять, сделаем что-то еще. Я хотел сказать, например, пари, но это худшее слово”, - сказал Пашинян. Это явное отступление от ранее заявленной позиции. Все интервью Пашиняна было построено на противоречии с тем, что он сказал ранее.

Отвечая на вопрос, что сказать о плохом управлении в стране сегодня, Пашинян говорит, что да, плохое управление существует, тогда как в Национальном Собрании только месяц назад он блестяще оценил работу правительства. Но когда он видит, что им плохо управляют, он вовсе не имеет в виду это, он держит это очень гладко. 

,,Сегодня в Армении плохой менеджмент, конечно, но каковы отношения с этой новой командой? Давайте представим систему управления, это 1-2% вновь прибывшей молодой команды и 98% системы управления, которую мы имели до смены власти”, - сказал он.

Оказывается, Пашинян блестяще работает в своей команде, но 98% государственной системы работает плохо. Пашинян без колебаний использует словарный запас, который редко слышен из уст высокопоставленного чиновника. Он был неприемлемым и оскорбительным, особенно для судей.

,,Вместо  того, чтобы за год судебная система самоочищалась, судьи искали своих старых хозяев,  ждали за дверью как бездомные чтобы  их старые хозяева отправлали им хаш  и кябаб. Это несовместимо с новой Арменией.

Это судебная система бывшей коррумпированной власти ", - говорит Пашинян. Он был особенно зол на ситуацию вокруг Конституционного суда. 

Пашинян фактически обвинил бывшего экс-президента Сержа Саргсяна, председателя Конституционного суда Граира Товмасяна и экс-председателя Конституционного суда Гагика Арутюняна в коррупции в отношениях с правительством.

,,Гагика Арутюнян быстро устроили, отдав ему его долю- ВСС”, а сказал Грайр Товмасян  обратился к начальнику Сержу Саргсяну, говоря о том, что его назначают пожизненным премьер-министром, а  нам что останется, тем и рады будем.. А шеф в благодарность за оказанную услугу сделал Товмасяна пожизненным председателем Конституционного суда. ЦК приватизировал Конституционный суд как будку",- сказал Пашинян.

Это очень ответственное заявление, которое должно иметь правовые последствия. Будут ли такие последствия, мы узнаем в ближайшее время. Но сейчас у нас есть основания полагать, что эти слова постигнет та же участь, что и выражению ,,разграбление до последней копейки бюджета” и другие жестокие заявления. Пашинян утверждает, что Конституционный суд был избран парламентом, сформированным за взятки на выборах.

Но он сам и президент Армении также были избраны этим парламентом. До революции Пашинян согласился с результатами выборов и не отказался от мандата депутата, избранного путем предвыборной взятки. 

Тем не менее, в интервью премьер-министр по существу представляет, как демократю и победу верховенства закона.

Он утверждает, что у него всегда была возможность вмешиваться в дела судебных органов и оказывать давление, но он этого не сделал. До сих пор его практические шаги говорят об обратном. Сегодня Конституционный суд, даже если он связан с прежними властями, является единственным органом, полностью независимым от диктатуры Пашиняна.

Если там есть коррумпированные криминальные чиновники, пусть правоохранительная система справится с ними, если судья выносит незаконное решение, будет привлечена к суду. В конце концов, нет никакой власти, которая была бы ими спонсирована.

Между тем Пашинян оказывает политическое давление на правительство, которое должно быть полностью свободным от политизации. В то же время, видимо, из-за одного человека возбуждено уголовное дело.

Венецианская комиссия только что зафиксировала, что в этих процессах нет правовой логики. Парламент находится под контролем Пашиняна, и парламент выбрал членов Конституционного суда и СБП не по профессиональным качествам кандидатов, а скорее по их проправительственности. Чем нынешний парламент отличается от своих предшественников? Если Пашинян заявляет, что люди, связанные с бывшим коррумпированным правительством, несовместимы с ,,Новой Арменией”, то как понимать руководящие позиции силовых структур как министров, с назначением.

Следовательно, существует логическое противоречие. Можно сказать, что Конституционный суд сегодня действительно независим, чем исполнительная и законодательная власти. Другой вопрос, насколько это нравится правительству. Пашинян упоминает, что его самым большим достижением является демократия, но на самом деле он стремится к монархии, точнее, к абсолютной монархии.