В Еврейском музее открылась выставка маленьких работ больших художников

В Еврейском музее и центре толерантности открылась выставка "“Маленькое” искусство", объединившая более 130 работ Левитана, Врубеля, Малевича и других известных художников. Это редкий шанс увидеть произведения, которые обычно не попадают на вернисажи из-за своего небольшого формата. Кроме частных коллекций, экспонаты предоставили ГМИИ Пушкина, Третьяковка, “Петергоф”, Абрамцево и другие музеи.

В Еврейском музее решили доказать, что размер не имеет значение. До 5 сентября здесь проходит выставка, объединившая маленькие картины, наброски, графику и скульптуры больших мастеров: от этюдов Левитана и Поленова до лагерных рисунков Михаила Соколова.

Критерии отбора она задала при этом достаточно жесткие, иначе ограничиться несколькими залами точно бы не удалось. Во-первых, по времени: чуть больше трех десятков лет, с рубежа XIX-XX веков и до 40-х годов. То есть период расцвета портретных миниатюр, который продлился до 1850-х, выставкой в Еврейском музее не охвачен. По словам Гадас, это шаг сознательный: куратор хотела показать с новой стороны именно тех художников, для которых малая форма была не основной. “Мы старались уйти от рассказа о “левшах” от искусства”, – объясняет она.

Во-вторых, понимая, что “маленький” – понятие довольно относительное, создатели решили установить для работ лимит: по размеру они не должны превышать 25 сантиметров по большой стороне.

На призыв одолжить экспонаты с удовольствием откликнулись несколько государственных музеев и множество частных коллекционеров. Последним куратор особенно благодарна: без них выставка в таких масштабах точно бы не состоялась.

Ведь общими усилиями получилось собрать более 130 работ. Их Гадас разделила на пять залов.

Сначала штудии Исаака Левитана, Василия Поленова, из которых потом вырастут большие картины. В следующем разделе видно, как наброски перестают восприниматься как что-то сугубо вспомогательное, становясь самодостаточными. Это хорошо иллюстрируют рисунки Константина Сомова, Михаила Врубеля, Валентина Серова.

Третья часть экспозиции – о пафосе авангарда и его стремлении изменить большие и маленькие формы предметов. Здесь представлена графика Казимира Малевича, Михаила Ларионова, Николая Суетина, Ильи Чашника.

В фокусе предпоследнего раздела, который посвящен “камерному” искусству, – миниатюры Михаила Соколова размером со спичечный коробок, созданные им во время заключения в 40-е годы.

Наконец, в пятом зале собрали то, что, видимо, выбивалось из общей экспозиции, но очень хотелось показать: здесь и прекрасный “Портрет неизвестной в трауре”(1850) кисти Федотова, и китайская фигурка быка династии Хань, и “Дитя и смерть” (1996-1998) Дмитрия Пригова. Получился хоть и разноголосый, но яркий эпилог.

Идею выставки Мария Гадас возводит еще в философский план: “Мы предлагаем посетителям убежать, хотя бы на время, от тех объемов информации, которые обрушиваются на нас каждый день, полюбоваться малым”.

Так что получилась еще и такая попытка замедлиться. А это многим из нас сейчас точно не помешает.