В доме тюрколога Саркиса Галстяна найдены «доказательства шпионажа» - словарь турецкого языка

Президент Республики Арцах Самвел Шахраманян, бывший министр градостроительства, а также директор СНБ Шушинского района Андрей Григорян дали показания в суде по делу Саркиса Галстяна, обвиняемого в   шпионажа в пользу Азербайджана,  в передаче, собирании, похищении или хранении в целях передачи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям сведений, составляющих государственную тайну.

Отметим, что Саркис Галстян работал в Нагорном Карабахе на различных должностях: заместителя главы администрации Шуши, руководителя аппарата министерства военного патриотизма, молодежи, спорта и туризма, заместителя руководителя аппарата министерства образования, науки, культуры и спорта, а затем заместителя руководителя аппарата президента Республики Арцах.
В частности, Андрей Григорян сообщил суду, что Саркис Галстян, находясь с ним на регулярной связи, сообщил ему, что хочет поехать в Шушу и вывезти оттуда документы.  Он также сказал, что ему звонили с азербайджанских номеров. В те дни многие арцахцы получали звонки продолжительностью 1-7 секунд от азербайджанцев, которые хотели посмеяться, унизить арцахцев. Могли позвонить   и сказать, например, чтобы они освободили свои дома или чтобы перед уходом. покрасили стены в тот или иной цвет. Аналогичные звонки поступали и  Галстяну.  Это и другие обстоятельства легли в основу обвинения в шпионаже. О том, как было «сшито» громкое дело о шпионаже, нам рассказал адвокат Саркиса Галстяна Александр Кочубаев. По его словам, все представленные Следственным комитетом в суде доказательства опровергаются показаниями оправдательного характера бывших должностных лиц. 
 

«В деле нет никаких доказательств, кроме сообщения моего клиента, которое он написал под давлением. То есть, человека обвиняют только на основании его собственного заявления о совершении им государственной измены.  Это презумпция безумия, что человек может приехать из Арцаха в Армению и сказать, что совершил государственную измену, судите меня», - говорит адвокат.
Напомним, Саркис Галстян был одним из  тех, кто  остался в  Арцахе после депортации населения. «Айкакан жаманак» распространила информацию, что президент Азербайджана назначил его комендантом Степанакерта. Позже это было опровергнуто. Выяснилось, что Галстян остался с женой в Арцахе и действовал, будучи единственным чиновником с высоким статусом. Несколько месяцев спустя стало известно, что азербайджанцы заподозрили Галстяна в том, что он снимал на видео зверства, совершенные ими в Степанакерте, избили его, и убедившись, что жить во враждебной среде невозможно, Галстян переехал с женой в Армению и был задержан в Горисе. Жену вскоре отпустили, а Галстяна арестовали по обвинению в передаче спецслужбам Азербайджана сведений, представляющих государственную тайну. «Признание было ценой за освобождение   жены", - говорит Кочубаев. 

Помимо этих показаний, у Следственного комитета есть и второе доказательство против Галстяна: при обыске в его доме был обнаружен словарь турецкого языка. «Во-первых, не нужно обладать сверхъестественными знаниями, чтобы понять, что турецкий и азербайджанский - разные языки. То есть, если представители этих народов будут говорить каждый на своем языке: турок-на турецком, а азербайджанец-на азербайджанском, то они не поймут друг друга. Кроме того, Галстян - тюрколог, то есть турецкий словарь был обнаружен у Саргиса Галстяна, как тюрколога по специальности. Говорят, что это второе доказательство, подтверждающее, что он имеет отношение к азербайджанским спецслужбам», - отметил Кочубаев.

Адвокат также видит в обвинении моральную проблему. "Обвинение было квалифицировано как шпионаж. Государственная измена и шпионаж - это одно и то же, разница в том, что государственную измену совершает гражданин РА, а шпионаж-иностранный гражданин. Фактически, Саркис Галстян был квалифицирован как иностранный гражданин, то есть то, что у него в руках синий паспорт Армении, ничего не значит, он не рассматривался как гражданин Армении».

Третье доказательство, которое было положено в основу обвинения - это звонки с азербайджанских номеров, которые получал Галстян, и это тоже не является серьезным обвинением. Продолжительность звонков составляла 1-7 секунд. Проведя небольшое расследование, адвокат Галстяна выяснил, что в дни блокады многие арцахцы получали аналогичные звонки с азербайджанских номеров.   «Они звонили с целью высмеять и унизить арцахцев, повлиять на их морально-психологическое состояние. Звонили и говорили, например, ваша квартира принадлежит нам, освободите ее или сделайте ремонт, покрасьте стены в такие - то цвета», - представляет адвокат. Такие показания в суде дал и директор СНБ административного района Шуши Андрей Григорян.
Наконец, четвертым доказательством, которым якобы был обоснован шпионаж, является документ о банковском переводе около 4 миллионов рублей. Александр Кочубеев выяснил, что на самом деле такого перевода не было и представленный документ является поддельным. "Деньги якобы были переведены из Армении. Но предполагаемый перевод и получение этой суммы были в тот период, когда Арцах находился в полной блокаде,  и Саркис Галстян физически не мог приехать в Армению, получить эти деньги и снова беспрепятственно  вернуться в Арцах», - объясняет защитник.
Отвечая на вопрос: «Почему Саркис Галстян остался в Арцахе?», он сказал: «Он был не единственный, кто остался. Осталось около 100 человек, которые не смогли оторваться от своей земли. И привлечь человека к суду за то, что он не смог оторваться от своей земли, оказался намного патриотичнее других, для нас нелогично.  Понятен и мотив возвращения. С самого начала Азербайджан заявил, что армяне могут   остаться и жить в Арцахе, выдал проживающим в Арцахе армянам миграционные карты, а после 1 января, когда Республика Арцах была распущена, эти карты проживания были ликвидированы и  выдвинуто четкое требование к армянам, чтобы покинули страну».  Судья по делу Саркиса Галстяна  - Гарик Абелян. «С точки зрения защиты наиболее подходящей формулировкой было бы политическое преследование, но ради справедливости не могу дать такую квалификацию. Некоторые чиновники хотели угодить правительству, оказать дополнительную услугу, дескать посмотрите, какое дело мы раскрыли", - говорит Александр Кочубаев.

Сюзан Симонян